ГРУДНОЕ ВСКАРМЛИВАНИЕ

 

До рождения своего первого ребенка Марианн Лупински думала, что кормление грудью – самая естественная вещь на свете. Вскоре она обнаружила, что это не так.

Ее сын Брайан родился с низким содержанием сахара в крови, и его забрали от нее в детскую палату, где ему вводили раствор глюкозы, чтобы стабилизировать уровень сахара. "Когда я увидела своего ребенка на следующий день, – вспоминает Марианн, – медсестры вкатили его в маленькой кроватке, в которой стояло несколько крошечных бутылочек со сладкой водичкой и детским питанием. Я решила, что мне предложено давать малышу это, пока у меня не появится молоко. Так я и сделала".

Между кормлениями из бутылочек Марианн сделала первую попытку кормить грудью. "Я ждала, что он набросится на сосок, будет жадно сосать и все такое, – рассказывает она. – Он же не брал мою грудь, как будто она была намазана ядом. Мой ребенок не только не присасывался, он выталкивал ее изо рта язычком. На следующий день я повторила попытки, мне старались помочь медсестры, но все было напрасно. Я чувствовала себя ужасно. Вот я, образованная женщина, высокооплачиваемый юрист, не могу делать то, что делают миллионы женщин в странах "третьего мира" каждый день. Мне казалось, кормление грудью – это простая процедура, не требующая специальной подготовки".

Усилия Марианн в конце концов увенчались успехом, но только после того, как она проконсультировалась у специалиста по грудному вскармливанию и наладила контакты с местной группой поддержки. Консультирующий врач рассказала Марианн, в чем была ее ошибка.